Первый детеныш, рождающийся у овцы, считается первенцем и на него распространяются определенные законы святости (так, только священники могут есть его мясо). Однако далеко не всегда удается непосредственно отследить факт родов у овцы и нередко приходится использовать косвенные признаки того, что у нее уже есть детеныш. Поэтому мудрецы задались следующим вопросом: что, если поросенок беспрерывно ходит за ранее не рожавшей овцой и сосет ее? Следует ли считать, что это ее первый детеныш, отчего-то родившийся с признаками свиньи, на которого распространяются законы святости и первенства (так что его могут есть только священники), или же это обычный поросенок, рожденный свиньей, привязавшийся к усыновившей его овце лишь оттого, что собственная мать его бросила?
Талмуд так и не дал ответа на этот вопрос.
(Вавилонский Талмуд, тр. Бехорот 24б)